Кружка

Всю жизнь пьешь чай из кружки, а потом обнаруживаешь на донышке слово «тиф». Это было еще до революции, тиф зверствовал по всей стране, из этой кружки поили больных, а потом все умерли, а посуду свалили на чердаке. Прошли годы, барак развалился, а мой дедушка подобрал пару жестяных кружек и притащил домой.
Может быть, он замешивал в кружке столярный клей, а потом умер и все забыли историю этого предмета. Отмыли и поставили на кухне, а потом родился я и стал из нее пить самогон, чай, и кисель. А на дне все это время было выцарапано слово “тиф”. Когда я прочитал это слово, я увидел, как из кружки вытягивается носик для тяжелобольных.
Кто-то оторвал носик и заварил дырку, возможно, это был дедушка. Чтобы заваривать клей, не нужен носик. Я не знаю, сколько живут бациллы тифа, я не знаю, драила ли бабушка кружку песком и варила ли в марганцовке, но я слышал, что у материалов бывает молекулярная память, как у воды – структуры.
Заразные структуры пронизывают бытие, как старый забор высверленное слово «дурак». Ты пугаешься, трогаешь себя за голову, а потом с облегчением вспоминаешь, что доски были куплены у соседа, и дурак – это он, это для него написано, а не для тебя. Но если долго жить за таким забором и обращать внимание на подобную надпись, рано или поздно сойдешь с ума.