Мешочек

Пришла старушка, стала у забора, и говорит сладким голосом:
– Я вашей собачке поесть принесла.
И показывает мешочек. Внутри рыбные головы с глазами.
– Наша, – говорю, – собачка, рыбу-то не очень.
– А тут не рыба, тут требуха. Я пирог сделала. А головы остались.
Старушка несертифицированная. Такие старушки могут и яду подмешать, чтобы собачку отравить. Есть тут у нас одна. Как увидит собачку, кричит, что отравит, а сама помои в окно выбрасывает и пьет как скотина.
– Да, – отвечаю, – собачка-то у нас рыбу-то не очень. Эвон, у тех, через дом, собачка рыбу любит. Мы завсегда туда несем. Головы там, глаза, кишки. Как пирог зачнем делать, так и несем.
– Да там страшный какой-то шакал. Лохматый. Облаял меня в прошлом году.
– А вы кидайте через забор. Постучите и кидайте. Там приучены.
– Неудобно, кидать-то. Мешочек из политилену.
– Удобно-удобно! Они сами просили. Мол, собачка-то у нас кусается, так вы через забор кидайте. А пакет он сам откроет, зубы большие.
– Так они вас просили, а не меня. А то я кину, а мне потом претензию объявят.
– А им без разницы. Им все кидают рыбу через забор. Вчера кидали вон те. А неделю назад – вон эти.
Старушка собралась и начала медленно двигаться к дому соседей.
Подошла, потопталась, глянула в окно, стукнула три раза, и снизу, как революционерка, метнула мешок через забор. Повернулась, выскочила на дорогу, крутнулась вокруг оси, грянула каблуком оземь и обернулась старушкой без мешка. И уже чинно, заложив руки за спину, зашагала по улице. Словно и не сделала пакость людям. Будто не установила соседей вровень с помойкой.
Я таких людей не понимаю.