Нож

Нора попросила выкупить нож. Она давно уже говорила, что скоро мне идти за ножом, но я отмалчивался, мрачно наблюдая за новыми наклейками. Нора участвует в акции нашего магазина – собери девяносто “штучек” и получи фирменный нож. Одну дают при покупке на такую-то сумму. Нора сама в магазин ходила всю весну и лето, так как родственники у нее тормозные – купят, а наклейку не стребуют.
– Продавщицы рады наклейку зажилить, – говаривала Нора.
– Зачем им? – спрашивал я.
– А вот ты купил товар, а наклейку не взял. Продавщица её себе берет, потом нож получает.
Вокруг ножей царят злоупотребления.
Вчера Нора заполнила на специальной бумажке последнюю, девяностую ячейку.
– Возьмешь поварской нож. Понял? Видишь, тут написано «cook`s knife»? Таким ножом сама Мэрил Стрип работала, в фильме «Джули и Джулия». Смотрел?
– Не смотрел.
– А ты посмотри. Сегодня посмотри, а завтра за ножом сходишь.
– Почему сама не хочешь выкупить?
– Ты дурак? Когда-нибудь видел, чтобы девушки за ножами ходили?
– Нет, – признался я.
– За ножом пойдешь. Завтра. Куковый бери. Поварской.
Вечером я скачал указанный фильм и посмотрел его. Фильм оказался хорошим, мне даже захотелось чего-нибудь поготовить, порезать гору лука, например. Нож я тоже запомнил, да и раньше видел в американских триллерах. Наши люди такими не работают – у нас еще советские не сточились.
Ночью мне приснилось, что я ошибся и купил другой нож. Нора тычет мне в лицо этим ножом и шипит:
– Это не куковый, не куковый.
Главное куковый, получается, брать.
Утром я с наклейками пришел в магазин и стал бродить по залу, разыскивая специальный стенд. Стенда нигде не было. Работники стали на меня поглядывать – ходит кругами, ничего не берет. Даже кассирша голову вытянула. Может, ворует?
Я набрался смелости и подошел к работнице, которая выгружала на полки замороженную курятину из большой корзины.
– Возьмите тушку! Последний импорт, больше не будет.
– Спасибо, в другой раз.
– Сказала же, другого раза не будет. Бери, не стой.
Я смутился. Неинтеллигентный наскок. Не могу я по-простому сказать, как сосед Степа по гаражу: «Слышь, баба, где у тя ножи, бл..?». Я буду стоять, топтаться, придумывать фразу для вежливого отказа.
– Я не рассчитывал сегодня покупать курицу. Мне нужен стенд с ножами, по акции. Вот, я и наклейки все собрал.
Работница презрительно посмотрела сначала на наклейки, а потом и на меня. Видать, хотела, чтобы я к ней привычно, про бабу обратился. Тогда бы она меня за человека приняла. Махнула рукой:
– Там, у касс.
Может, и не думала ничего, сам себе накрутил. Послала вот – я иду. Ничего же плохого не сказала. Жаль, что очки забыл. У меня близорукость, ножевой стенд от другого не отличу. Так и вышло. Потыкался возле кассы: киткат, презервативы, шоколадные яйца, а где же ножи?
– Вам помочь? – спросила еще одна работница.
– Мне нужен стенд с ножами. По акции. Вот, я все наклейки собрал.
– У колонны.
Я подошел к колонне. Колонна как колонна. Зеленой краской покрашена, на ней вообще ничего – ровный бетон. Я понял, что это тупик. Я хочу нож, стою у пустой колонны, наверное, сейчас нажмут тревожную кнопку.
– Да вот же!
Работница шла следом и контролировала, куда иду. Не ворую ли, скажем, спиртные напитки: они рядом с колонной. Я знаю, что в магазинах особый контроль за дорогим пойлом. Туда обычно и камеры направлены. Камеру потом проанализируют, видосик подрежут: кто-то другой украл, а меня обвинят.
Оказывается, ножи на другой грани колонны. Если вы стоите лицом к прямоугольному предмету, то грани слева, справа и позади – не видны. Почему я сам не мог догадаться? Если бы наша математичка не была негативно настроена за нечаянный толчок на лестнице (полетела кубарем, ох-ох), я бы не трояк имел в аттестате, а четверку.
– Давайте помогу, вам какой?
– Мне столовый, – сказал я.
Совсем забыл, что «поварской» надо. «Столовый» – откуда я это взял? Все ножи, если разобраться, столовые. Кроме специальных, десантных там, армейских. Те конечно, не столовые… если только тушенку открывают на столе. Но в лесу – какие столы? Переносные, разве что. Мне представились специальные армейские столы. Ножки складываются, а доску цепляют на спину самому рослому солдату.
– Таких ножей у нас нет. Есть «сантоку», есть «универсальный». Берите «универсальный», он для всех продуктов подходит.
– Куковый, э-э… Куковый, – промямлил я.
В голове был лес, доски и тушенка, а вот нужного слова – не было.
– Что еще за куковый?
Работница посмотрела мне в глаза. Я окончательно смутился.
– Можно я сам посмотрю.
– Так смотрите!
Не знает, что без очков мне надо лицо приближать. Подумает, что я эти ножи кусать хочу. Я вспомнил фразу из романа Пелевина о мучительном страхе перед жизнью – и стыдом за то, что жизнь вызывает такой страх.
Что со мной происходит, почему я такой, ну почему?
Я приблизил лицо к стенду.
– А, вы плохо видите!
«Какая же ты молодец!»
Впервые, пожалуй, не надо ничего объяснять.
– Поварской мне надо! Поварской! – вспомнил я.
– Так вот же он, внизу.
Работница достала нож в красивой коробке с прозрачным окошечком. Нож был огромен! Куда Норе этот тесак?
– Для мяса надо, так бы и сказали. Мясо им рубят.
Мне было немного неприятно, что нож, по словам работницы, – мясной. Судя по фильму – профессиональный поварской нож. Все другие ножи повара презирают. Но спорить не стал. Мне и самому казалось, что нож великоват. Но у нас и квартиры маленькие, и участки небольшие, мы просто не привыкли.
– Вот, я на кассу отложила, но вы с той стороны обойдите, как положено.
Я стал обходить кассу и опять столкнулся с той работницей, что выкладывала курятину. Она громыхала уже пустой корзиной.
– До сих пор стенд не нашли?
– Нашел, спасибо, – сказал я.
– Чего же не взяли ничего?
Опять надо объяснять, формулировать.
– Нож я выбрал, его на кассу понесли. Теперь, вот, обхожу с правильной стороны, – поведал я. – Согласно указанию вон той девушки.
– А-а, – сказала работница.
Возможно, мне показалось, но я почувствовал в этой букве любопытство. Не просто «А-а», а такое… Долго объяснять.
Кассирша посчитала наклейки.
– Куда вам такой топор? Коней забивать? Взяли бы для хлеба. Люба, покажи ему.
– Да он сам выбрал, хрен знает, зачем такая секира.
Нервы мои трепещали у опасной черты. Подозревают, что я беру громадный нож для целей крайне подозрительных. Правда, зачем среди бела дня такому неуверенному в себе человеку нож для разделки туш понадобился? Может, кнопку нажать?
Я не выдержал. Внутри меня что-то прорвалось.
– Жена сказала нож такой взять, ясно? Что за вопросы, вас сюда спрашивать посадили или торговать? Стенд захерачили в самую жопу, ходи ищи. Собери девяносто наклеек сначала, а потом отдельный, б..дь, квест. Мясо – не мясо, хлебный не хлебный, сантуку, не сантуку, с-сука. Дай сюда!
Я схватил нож и вышел из магазина. Руки тряслись. Пульс зашкаливал.
Я шел к Норе и ругался внутри. Всю пленку культуры содрали своими ножами. Вот жеж гады.
Нора вечером очень обрадовалась.
Я не стал говорить, что назвал её в магазине женой (иначе этим бы ножом и положила меня на кухне), решил все спокойно рассказать, что и как приключилось.
– Там, в магазине… В общем…
Нора отмахнулась.
– Опять не так посмотрели, опять не так подумали, опять у тебя жопа была, опять обосрался. Нож забрал и молодец. Все, не желаю слушать.
Я замолчал и уставился в окно.
Там люди. Их много. Мне с ними жить.
Господи.