Как-то нам подарили большие грузовики на батарейках. У меня грузовик работал от четырех круглых, а у родственницы от одной плоской. Родственница сразу же ткнула длинным контактом в мой правый глаз, а коротким – в левый.
Говорят, чуть выше переносицы у человека находится душа, вот к ней и приложили четыре с половиной вольта. Тогда я стал кидаться своими батарейками в сестру, но пришла тетка и строго сказала, что она никогда нам больше ничего не купит.

Сегодня ходили гулять с родственниками.
Был морозец, ярко светило солнце, снег слепил глаза, создавая праздничное настроение. Собака обледенела ровно до половины, будто ледокол в Арктике. Некоторые родственники быстро нагулялись и отправились домой, а мы с моим дядей-работодателем не смогли удержаться, чтобы не выпить немного самогона.

Иногда мне кажется, что всех нас загнали в какую-то трубу, и двигают поршнем по направлению к выходу. Когда идущие впереди достигают среза, они падают вниз, освобождая другим путь к обманчиво светлому куску неба. Возникает вопрос о том, кто толкает поршень, но тут все гораздо хитрее, потому что поршень двигают сами стремящиеся к свету. Поршень не один, в трубе их много, а люди распределяются порциями. Получается длинная кишка, возможно, закольцованная. Там есть несколько отверстий. Люди родятся прямо в кишке и через одну из дырок падают в секцию ниже. Короче, из дырки А выпадает потомство, ныряя в отверстие Б. Из отверстия С летят старики, закончившие цикл. На картинке движение происходит против часовой стрелки, но на самом деле время движется в обратном направлении, я изобразил трубу с точки зрения наблюдателя со стороны эфира. Так оно правильнее, потому что с нашей стороны наблюдателей быть не может, ведь мы находимся в трубке. Неба по правде не существует, оно нарисовано на торце стены сразу за дыркой С, как приманка для вовлечения конструкции в движение. Во время перелета из дырки А в дырку Б младенцы получают из эфира душу. При выпадении из дырки С старики возвращают душу обратно. Скорее всего, небо проецируется за дыркой С, потому что поршни-то движутся. Голограмма! Или оно нарисовано на каждом поршне. Точно, слева нарисован ад, а справа небо. Вот мы и ползем.
“На этих самых разностях – построен этот мир” (с) Земфира.

 

Сегодня тетка примеряла перед зеркалом губную втулку.
Так делали эскимосы в самой древности, а после сменили этот пережиток на узоры и декоративные кружки. Каким-то образом поведение тетки связано с брусочком шоколада, подброшенного мне под подушку. На обертке была нарисована чайная чашка, в которой дымилось темное варево. Я разломил плитку и увидел, как из лопнувших ячеек выпирает что-то зыбкое, студенистое, будто сморщенная от злобы вода.
Некоторые родственники повадились ночами не столько орать, сколько ходить туда-сюда, сидеть на кухне впотьмах, роняя на пол батоны, гремя тарелками, скрипя табуретками. Потом приходят обратно и, закидав волосами подушку, плоско лежат, а утром в тарелках тетка находит небольшие крупинки, вроде валидола в шариках, но это не лекарство, это желатин, компактно уложенные поросячьи ноги. Теперь агентов черного студня невозможно отличать на улице, не будешь же проверять карманы всех поселковых старух.