Ты знаешь

Недавно я провел на чердак отопление, теперь можно не только летом сидеть, но и в остальные времена года.
– Что делать будем? – спросила Нора.
– Мы же договорились обсуждать здесь ненужные события и явления, такие, о которых мало кто говорит из-за бытового равнодушия.
– А, точно, я уже забыла.
Проблематика ненужных явлений заключалась в том, что большинство думает, будто все интересные вещи придумывают там, где цивилизация, где люди какие-то особенные, короче, в богемных слоях Москвы и Петербурга. Я и сам так всегда считал, а потом мне надоело. Я описал Норе перспективы бытия без оглядки. Девушка воодушевилась, но последний раз на чердаке мы заседали в октябре, и с тех пор все позабыла. Сейчас, стало быть, вспомнила.
– Предлагай тему, – сказала Нора.
– Сегодня у нас песня «Белая стрекоза любви». Разберем феномен композиции. С точки зрения поэзии ты мне расскажешь, а я визуальный образ обрисую. Смотри – белая стрекоза. Необычно, согласись? Обычно стрекоз ценят за переливающиеся оттенки, но Николай Воронов придумал именно белую стрекозу.
– Логично, стрекоза же любви, а не просто садово-огородная.
– Да, но стрекоза же, не бабочка. Большинство выбирает банальные образы. Еще скажу вот что: для художника белая стрекоза – клад. Представь, черно-белая картинка, бабочка на переднем плане, от крыльев тянутся нити, вроде как взмахи. Позади мясомолокозавод. Коптят трубы, серые люди идут к проходной. На лицах – страх. В башне заводоуправления на верхнем этаже открыто окно. Там кабинет господина Бубырникова. Выбросился ли он вниз, или просто выпустил стрекозу? Может, то и другое вместе. Кстати, тебе какая версия больше всего нравится?
– Даже не знаю. Мне кажется, Бубырников никогда не выбросится.
– Да нет, я про версию песни. Известна в исполнении группы «Quest Pistols». Но меня вставляет другой вариант, в общем, смотри как ищется во Вконтакте: «Труба Роберта Руда feet Инженер Феррис». Только громкость тише сначала, там первые аккорды совсем конские. Я влюблен в этот кавер, всю ночь по кругу гонял. Сегодня послушаем в эмоциональной части беседы.
– Что-то ты болтаешь много, Лягушкин, – сказала Нора. – Я слышала этот вариант, так как Феррис у меня весь добавлен.
– Давай теперь ты болтай, – обиделся я.
– Текст песни прост и силен. Любовь, разлука. Обычное письмо не дошло, надежда только на чудо – белую стрекозу. Больше ничего не надо для гениального произведения. Многим необходимо чудо, тебе, например. Мелодия тоже на уровне. Великолепная работа.
Нора замолчала и как-то снисходительно посмотрела на меня.
Мне действительно требовалось чудо. Казалось, что призыв «Ты знаешь!» – программирование, а не ссылка на одиночество. Если все время заклинать «Ты знаешь!», может что-то прорваться. Например, знание о том, в ожидании какого именно чуда я живу.
Нора не ждет, так как считает, что после смерти мы снова родимся, будем уныло расти, чтобы потом опять мучаться и ждать, и так бесконечно.
– В песне говорится о миге счастливой сингулярности. Не на первом уровне, конечно, на втором, подсознательном, – вкрадчиво сказал я.
– Мир слишком сложно устроен, чтобы допустить такую сингулярность. Нет, мы будем ползти и страдать, потому что без энтропии не могли бы существовать. Не было бы никакого смысла в нас, в нашем сознании. Радуйся, что не таракан, не кошка, не слон, который мерзнет в зоопарке. У животных нет иллюзий, нет музыки, нет культуры, которая и есть воплощение ожидаемого чуда. Кое-как, конечно, с помощью палочек и веревочек, глины какой-то, того, что доступно человеку в силу определенного царства ума. Выше и дальше просто некуда, Лягушкин. Делай громче и наливай уже.
– Я думал, мы еще обсудим.
– На главное никогда не хватает времени. Тетка начинает орать, соседи выходят. Пока еще не поздно, пока у них еще никто не спит, пока телевизоры работают.
Я потянулся к пакетам, вытащил бокалы, бутылки с вином, торт, конфеты, колбасу, мороженое и овсяное печенье. Все красиво разложил на столе, потом подключил к ноутбуку кабель усилителя и поставил «Белую стрекозу любви».
Сначала у нас играло потихонечку, но потом… сами понимаете.
Концертный монитор, купленный на «авито» за небольшую сумму у спившегося бас-гитариста вставлял так, что если бы на чердаке были стекла, они вылетели бы на улицу. Необходимо войти в резонанс, прочувствовать силу произведения на собственной шкуре, чтобы музыка пронзила все нейроны, выдавила повседневность, страхи и муки обыкновенного бытия. Главная, практическая, эмоциональная часть нашей беседы. Тем более, что дальше, возможно, просто ничего не будет. Мы состаримся, станем унылыми и вялыми, перестанем ждать чего-то, отличного от смерти. Но сегодня мы будем ползать по полу и в исступлении хрипеть слова, которые никогда не сбудутся.

Тот щедрый миг любви
Когда настанет тот миг
Тот час