УЕБЕЛ

На почте была очередь: бабка с раскрытым паспортом в руке, девушка в короткой кожаной куртке и пьяный мужик в коричневом пальто. Мужик забыл паспорт, но помнил серию и номер. Сотрудница сначала упиралась, а затем сдалась. Пьяный обратился к очереди, показывая на бланк:
– Где тут серия, а где номер?
Девушка сказала, что первые четыре цифры и есть серия, а остальное – номер. У мужика тряслись руки. На помощь пришел четвертый посетитель почты – бородатый очкарик с черной сумкой. До того он сидел за столом и выписывал на длинную бумагу колонку цифр. Получив посылку, пьяный поведал:
– Мне инструмент прислали. Четыре килограмма.
Когда он ушел, я задумался. Инструмент ли? Паспорт не показал, бланк заполнял чужак – ищи его потом, свищи. В раздумьях я провел еще минут пятнадцать, а когда подошел к окошечку, у меня был план.
– Мне посылку получить. Только паспорт дома забыл, простите, пожалуйста. Я помню номерок, да и серию не забыл.
– Еще один, – проворчала сотрудница, но бланк дала.
– У меня рука онемела, – сказал я. – Писать не могу, дворовый пес Бобик укусил.
На руке у меня действительно был укус, только человеческий, на политической почве.

К этому моменту девушка в кожаной куртке ушла, как и бабка с паспортом. Бородатый тоже исчез. Я был один на почте, если не считать сотрудницу.
– Диктуй.
Я продиктовал первые попавшиеся цифры и фамилию. Вообще-то я пришел отправлять заказное письмо – Нора попросила. Ей в редакцию стихи посылать, а нога так распухла, что ходить не может. Больная нога поэтессы тоже стояла отнюдь не на бытовой почве.
– Квитанция на посылку?
– У вас же компьютер, посмотрите по фамилии.
Сотрудница уткнулась в компьютер. Я просунул руку под стол и незаметно выдернул мониторный кабель из системного блока.
– Ой, – сказала сотрудница.
– Давайте помогу! Сейчас вирус ходит опасный, калечит матрицу на дисплеях. Но если вовремя нажать определенное сочетание клавиш, он самоуничтожается.
– Помогите.
Я зашел в служебную зону и сел к компьютеру. Производя якобы спасительные нажатия клавиш, я незаметно внес в форму почтового софта выдуманную фамилию.
– Все работает. Вирус удалился.
– Спасибо большое.
Сотрудница посмотрела по фамилии и ушла искать посылку. Ее долго не было.
– Искала, искала. А потом вспомнила. Уже полгода никто не забирает, потому что упаковка повреждена. Что так долго не приходили? Мы бы назад, да адрес стерся.
Я получил посылку и вышел на улицу. Я не знал, что делать с неожиданным приобретением. Стихи Норы я так и не отослал, а сейчас уже стеснялся. Дома я спрятал рукопись под кровать и отправился к поэтессе. Подарю ей посылку, а про стихи промолчу. Мол, само собой, сказал – сделал.
Нора сидела на веранде и смотрела по интернету видеоролик. После подобных роликов она набрасывалась на меня со странными идеями о том, чтобы «оставить их вдвоем». Когда я спрашивал – «кого?» – орала и кусалась.
– Я тебе подарок принес.
Нора остановила ролик.
– Инструмент, что ли?
Я чуть не упал от неожиданности. Про инструмент знали только посетители почты, а упаковку я раньше содрал. Скажешь «нет», а окажется «да», что тогда?
– Разверни и взгляни.
Внутри оказался мой светло-коричневый свитер, который я больше года уже не носил, после того как тетка подарила мне новый, черного цвета. Свитер был обмотан вокруг деревянного ящичка с набором для нарезки резьбы – вороток и эти самые, плашки?
– Ты что, УЕБЕЛ? – спросила Нора.
Я хотел все обернуть в шутку, но неожиданно заболела голова. Да так заболела, что я схватил посылку и бросился на улицу. Бежал до тех пор, пока не оказался за селом. По полю шагал человек, похожий на пьяного мужика с почты. В руках у него был вороток. У меня тоже был вороток. У нас обоих по воротку и сейчас мы накрутим на вас таких гаек, что мало не покажется.